Владимир Тройнин Проблем с качеством сырого молока у нас не может быть в принципе


Старейший по сроку работы руководитель перерабатывающего предприятия Воронежской области – директор завода «Аннинское молоко» Владимир Тройнин – рассказал в интервью «Абирегу» о том, как была организована переработка молока в советское время, что происходит на заводе сейчас и каковы его планы на будущее.

– Владимир Павлович, правильно я понимаю, что вы работаете на заводе с момента его основания?

– Да, завод начал строиться в 1972 году и через пять лет был сдан в эксплуатацию – 26 сентября 1977 года, а я работаю на нем с 1 сентября 1977 года, пришел сразу после технологического института, 41 год уже на одном месте. Завод изначально строился как завод сухого обезжиренного молока на чехословацком оборудовании. А у меня как раз была специализация по производству масла и сухого обезжиренного молока, пришел я на должность технолога. К 1991 году дорос до должности главного инженера. И сегодня у меня, по сути, инженерный функционал, хотя должность – заместитель исполнительного директора. Исполнительный директор у нас занимается операционной деятельностью и переговорами. Так что непосредственно на заводе я главный. Сам завод строился по программе правительства по бережному использованию белка. Тогда было два основных цеха: цех маслопроизводства (то есть сливочного масла) и цех сухого обезжиренного молока. Этот цех сохранился с той поры практически в неизменном виде. Еще был небольшой цех по фасовке цельного молока. Помните, наверное, бумажные треугольные пакеты. Молоко поставлялось в основном в Аннинский и близлежащие районы. Вообще в то время почти в каждом районе был свой небольшой молочный завод, который обеспечивал население. А в Аннинском районе молока в советское время было много, передовой район считался по молоку.

– Расскажите, как происходит сушка обезжиренного молока.

– Основное оборудование этого цеха состоит из двух блоков. Первый – вакуумно-выпарная установка, где обезжиренное молоко выпаривается и теряет 45% влаги. Далее этот сгущенный концентрат поступает в сушильную башню, это такая металлическая колба или воронка высотой в три этажа. Концентрат поступает по трубам на самый верх установки, там он подается на широкий распылитель – и получается что-то вроде аэрозоля. Одновременно в сушильный аппарат подается струя горячего воздуха с температурой около 190 градусов, жидкость превращается в дисперсное вещество и падает вниз. Собственно, вниз падает уже сухое молоко жирностью 0,5%. По госту жирность не должна превышать 1,5%, влажность должна быть не выше 5%. Сухое молоко сохраняет свои полезные свойства два года.

– Раньше ведь был и такой продукт, как жирное сухое молоко?

– Да, раньше цельное сушили, сейчас не сушат – невыгодно. Но у нас всегда основным производством были сливочное масло и сухое обезжиренное молоко. Цельное молоко зимой поставлялось только из Аннинского района, сливки – из Бобровского. Производство масла у нас доходило до 20 тонн в сутки, а сухого молока – порядка 12,5-13 тонн в сутки. Распределялась эта продукция по фондам (был такой термин «фондирование») и поставлялась по всему Советскому Союзу.

– Сливочное масло, хоть и вредно, мы его все едим. А вот куда поступает сухое молоко в таких объемах?

– В кондитерскую и хлебобулочную промышленность – раз, в мясную – два: это сосиски и сардельки. Когда пишут на упаковке: «Молочные сосиски» – там на самом деле есть молоко, и его поставляем мы. Сухое молоко также используется при производстве детского питания. И наконец, комбикормовая промышленность, где сухое молоко идет как часть рациона.

– В чем различие переработки молока в середине 1970-х и сегодня?

– Во-первых, тогда было значительно больше ручного труда, работали 250-260 человек. Сегодня работают 154 человека, и в течение года планируем набрать еще около 60 человек в два этапа. А во-вторых, колхозы тогда не имели собственного оборудования охлаждения. У нас было три молочных, можно сказать, перевалочных пункта, туда предварительно собиралось молоко из ближайших колхозов, там охлаждалось, а потом уже мы его перенаправляли на завод.

– В советский период завод как-то развивался? Когда произошла его первая модернизация?

– Переломным для завода, да и для района в целом стал 1989 год. Тогда по решению ЦК КПСС в стране было создано три экспериментальных агропромышленных комбината: на базе Раменского района в Подмосковье, Каширского района в Краснодарском крае и у нас, в Аннинском районе. Передовым по тем временам было то, что в состав комбината входили и проектные, и строительные организации, поэтому работали очень слаженно и быстро. Это предопределило дальнейшее развитие завода. Тогда мы смогли заменить часть старого оборудования, в основном получили импортное – итальянское и немецкое. Открыли цех сгущенного с сахаром молока и еще один цех сухого обезжиренного молока, то есть, грубо говоря, еще одну сушильную установку. Потому что молока было очень много, а нам стали возить еще и из Таловского, Панинского и Новохоперского районов, и одна сушильная установка уже не справлялась. И открыли цех мороженого. Открыли в рекордные сроки: в марте заключили контракт на поставку оборудования, а в сентябре уже ели продукцию. Благодаря мороженому «Аннинская забава», двухслойному эскимо на палочке, мы и стали знамениты. Тогда ведь такой упаковки практически не было, только вафельный или бумажный стаканчик. Благодаря этой модернизации мы одними из первых в стране стали экспортировать наше сухое молоко за рубеж. Получали валюту, за эту валюту закупали оборудование. Рядом с нашим заводом – через забор – был построен, но так и не запущен мясокомбинат, потому что в 1990-е сам агрокомбинат развалился.

– Что стало с мясокомбинатом?

– Территория была раздроблена на мелкие части и распродана.

– А как отразились 1990-е на работе завода?

– Ну в начале девяностых мы приватизировались, были сами себе хозяева долгое время, я имею в виду трудовой коллектив завода и производителей сырого молока, которые тоже участвовали в приватизации предприятия. Но оборотных средств не хватало, в какой-то момент даже могли закрыть завод, руководство пыталось искать инвестора, но особо мы никому не были нужны. В 1990-е сухое молоко стали массово завозить из США, конкурировать с ними было сложно, это немножко притормозило развитие завода. Кроме того, народ стал беднее и потребление молочной продукции сильно снизилось. Еще одной проблемой стал бартер, ни у кого денег не было, шел натуральный обмен. Работали где-то вполовину своей мощности. В 2002 году инвестора все-таки нашли, им стала известная компания «Вимм-Билль-Данн», и мы стали его филиалом под названием «Аннинское молоко». За два месяца всё было переформатировано. В основной цех, где было производство масла, поставили линии по производству и фасовке ультрапастеризованного молока, и это стало нашим главным видом продукции. Маслоцех перенесли в другое помещение. Линии по фасовке ультрапастеризованного молока были «тетрапаковские» производительностью 7 тыс. упаковок в час. В 2008 году поставили две новых фасовочных линии на 12 тыс. упаковок в час каждая. В конце 2010 года «Вимм-Билль-Данн» вошел в корпорацию Pepsico. Так хозяевами завода стали американцы.

– Чем отличается ультрапастеризованное от обычного пастеризованного? Что в него добавляют, что оно может так долго храниться, чуть ли не девять месяцев, если не ошибаюсь?

– Конечно, ничего туда не добавляют. Вопрос в термической обработке. Если при обычной пастеризации молоко нагревается до 70-80 градусов и выдерживается 30-40 минут при такой температуре, то ультрапастеризованное на четыре секунды нагревается до 137 градусов при давлении 5-6 атмосфер, а затем охлаждается и упаковывается. Доступа воздуха и бактериям после нагрева уже нет, поэтому оно и может так долго храниться.

– Какова у вас суточная мощность переработки? 
 
– Сейчас мы считаем так. У нас по всему имеющемуся оборудованию максимальная суточная мощность 300 тонн молока переработки, если, естественно, всё будет работать на полную мощность. В том числе 160 тонн ультрапастеризованного молока в сутки, это наша основная продукция, а остальное уйдет в масло и сухое молоко. То есть основная продукция это ультрапастеризованное молоко. Цех мороженого не загружен полностью, так как работаем по заявкам под планы продаж. Фактическая загрузка сейчас 25-30%. Мы зависим от продаж.

– Почему, как вы думаете, ушли американцы и как пришел Штефан Дюрр?

– Сам завод как производственная площадка работал эффективно, к работе с точки зрения производства у акционеров вопросов никогда не возникало. Но нас подвела логистика: если в советские годы завод работал на местном сырье, то к 2017 году его практически не стало. Аннинское молоко нам вообще почти не поставлялось для переработки, менее 10% перерабатываемого молока было местным. Возили из соседних районов и даже областей. Американцы решили, что им это всё невыгодно и неинтересно. Вроде бы нас мог купить «Молвест», но передумал. А американцы были готовы уже демонтировать всё оборудование. Успели одну фасовочную линию убрать. В итоге мы опять оказались на грани закрытия. В общем, «Эконива» нас, можно сказать, спасла. По планам американцев, с 1 января 2018 года завод должен был быть остановлен. Но в начале января 2018 года «Эконива» купила наше предприятие.

– Что изменилось с уходом американцев и приходом «Эконивы»?

– Логистика. Молоко идет теперь с молочных комплексов «Эконивы»: и ближе, и качество выше. У нас, к слову, работает современная лаборатория, которая на «входе» способна определять партии молока, поступающие с превышением по антибиотикам. Раньше это было актуально, потому что поставщиков молока было много разных и молоко было разного качества. Если выявляются нарушения, то такая партия молока в переработку не идет – составляется акт, продукция возвращается производителю. Теперь такой проблемы у нас не может быть в принципе, поскольку мы стали работать с единственным поставщиком сырого молока, у которого и так налажен современный лабораторный и ветеринарный контроль.

– У вашего нового хозяина два основных бренда: старый – «Академия молочных наук» и новый, одноименный с холдингом, – «Эконива». Под каким брендом выпускаете продукцию вы?

– Основную продукцию, масло и ультрапастеризованное молоко, выпускаем частично под одним брендом, частично под другим – в разные упаковки. А мороженое только под брендом «Академия молочных наук».

– Ваш главный акционер Штефан Дюрр объявил о крупной модернизации, которая начнется уже в этом году. Что будете улучшать и сколько это будет стоить?
 
– Модернизация будет разбита на два этапа. На первом будет запущено производство творога, а на втором – будет модернизироваться инфраструктура. Потому что, будем говорить честно, здесь есть определенные проблемы. В основе развития бизнеса всегда стоит производственная база. То есть основное производство – там, где продукт. У нас на заводе вкладывались деньги в первую очередь в оснащение новым оборудованием, ремонт помещений проводился, но не более. Теперь настало время заняться такими объектами, как компрессорная и котельная. Котельную капитально не ремонтировали с 2003 года, когда перешли на газ, а электроподстанцию чуть ли не со времен основания завода. Будем строить новые компрессорную и котельную. Общий объем инвестиций на оба этапа – около 1,7 млрд рублей, которые планируем освоить в 2019-2020 году.

– Я понимаю все сложности переходного периода от одного акционера к другому, от одного бренда к другому. Но все-таки показатели загрузки ваших мощностей оставляют желать лучшего. В чем причина? Люди перестают пить молоко?

– Я вам так скажу, в нашем возрасте молоком уже не стоит увлекаться, надо переходить на кисломолочную продукцию. Еще раз, мы хотя и отдельное юрлицо в рамках холдинга, но по своему смыслу – производственная площадка, мы производим продукции столько, сколько нам закажут продажники. Раньше, в СССР, заводы как строили? Брали норму суточного потребления, перемножали на количество населения в зоне работы завода, получали суточную мощность. Никакой тебе конкуренции. Норма была пол-литра молока на человека в сутки. А теперь, скажите, вы столько молока выпиваете?
 
Источник: abireg.ru

2205 просмотров

Молочные сессии седьмое заседание

Комментарии
extenso
МАРКИРОВКА
Какие темы статей вам интересны?
Проголосовало: 92


сила молока
Петерфуд
Подпишитесь на нашу рассылку
Кизель вебинар


Аналитический центр Milknews
интекПром
Агрофарм
интекПром
Агрофарм