Владимир Волик: Без развития экспорта импортозамещение бессмысленно


Многие российские производители уже несколько лет хотя начать экспорт продовольствия.  Если с зерном это всегда получалось и сейчас Россия в лидерах по экспорту зерна, то со многими другими товарами ситация сложнее. При этом по многим продуктам питания российские производители уже не только обеспечили внутренний рынок, но и достигли потолка развития. Это прежде всего относится к мясу свинины и птиц. Milknews расспросил о том, как начать экспорт директора Департамента регулирования рынков АПК Владимира Волика.

MN: Это ваш первый Новый год в должности директора департамента. Что вы считаете самым важным его событием? Что он принес сельскому хозяйству в целом?
 
Этот год отличается от всех остальных. Продолжается рост производства. По оценкам, в 2016 году производство продукции сельского хозяйства вырастет на 3,3-3,4%. Но одно из главных достижений - это появилось понимание, что без экспортной ориентации импортозамещение бессмысленно.

Производственный потенциал аграрного сектора России позволяет не только насытить внутренний продовольственный рынок, но и обеспечить устойчивые поставки на мировой рынок различных видов продовольствия, сырья и побочной продукции. Развитие экспортного потенциала позволит повысить стабильность производства и доходы сельхозпроизводителей в результате избыточного предложения.

Именно благодаря такому пониманию в 2017 году у нас появится новая форма поддержки - поддержка экспорта. С нового года будут созданы специальные аналитические группы, которые будут заниматься конкретными рынками и оценивать существующие барьеры. Мы проведем глубокое маркетинговое исследование, в первую очередь, по рынкам Азии, Ближнего Востока, Латинской Америки. Перед нами стоит задача всё это организовать за первые полгода, показать результат - уже во втором полугодии в виде экспортной стратегии в отдельных отраслях АПК.
 
MN: Встречают ли сейчас российские товары препятствия при экспорте в другие страны?
 
Следует отметить, что сегодня отечественным экспортерам приходится конкурировать с иностранными компаниями, которые пользуются государственной поддержкой по продвижению сельхозпродукции на мировые рынки (США, страны ЕС, Канада, Бразилия, Аргентина).

Кроме того, необходимо решить многочисленные технические вопросы, в том числе, расширять и налаживать комплексные бизнес контакты с зарубежными контрагентами, адаптировать показатели качества и безопасности отечественной продукции к требованиям международных стандартов качества. 

Проблемы развития экспорта связаны в основном с применением зарубежными странами мер таможенно-тарифного и нетарифного регулирования, а также ветеринарных и фитосанитарных требований и мер, ограничивающих возможность экспорта отечественной продукции АПК.

Необходимы маркетинговые инструменты, помогающие выйти на рынок и хорошо себя зарекомендовать. Одной из задач, стоящих перед Министерством является развитие комплексной поддержки маркетингового продвижения отечественной продукции АПК на приоритетные рынки зарубежных стран, используя оптимальные каналы дистрибуции.
 
MN: Молочники ранее жаловались на ограничения по поставкам молочной продукции с казахской стороны. Есть ли у вас такая информация?
 
Здесь я могу сказать одно. Недавно прошли переговоры по вопросам развития АПК стран СНГ, где обсуждался этот вопрос. На самом деле все государства заинтересованы, чтобы оборот увеличивался. Проблема в том, что мы до сих пор не провели детальный анализ того, что конкретно нам мешает его увеличивать с точки зрения логистики, инфраструктуры, различных фитосанитарных и ветеринарных норм.
 
Мы договорились, что к концу первого квартала министерства АПК стран СНГ представят к обсуждению весь перечень накопленных ограничений, которые не дают расти нашему взаимному товарообороту. Все это мы сведем в общую матрицу и примем общую программу, включающую меры по оптимизации бизнес-процессов, открытию коридоров именно в части работы таможенных и надзорных органов.
 
MN: Считаете ли вы перспективным экспорт молочных продуктов?
 
В принципе да, в основном в страны СНГ, но сейчас главное увеличить собственную сырьевую базу.

Мы видим, что товарность молока растет, хотя и не такими быстрыми темпами, как нам хотелось бы. Сейчас на рынке сложилась хорошая ценовая ситуация, позволяющая в том числе задумываться о расширении производства.

Сегодня уже виден некий тренд: среди малых и средних переработчиков все чаще появляются те, кто хочет развивать свое собственное фермерское хозяйство, чтобы снизить зависимость от сырья. Это тоже хороший показатель для рынка: вектор идет и от производства в переработку, и наоборот.
 
MN: Та цена, которая устраивает фермера и обеспечивает ему стабильность, не очень устраивает потребителя. Не ожидаете ли вы, что спрос в результате текущего роста цен упадет?
 
Спрос меняется: появляются новые бренды, своего потребителя находят и молочные, и молокосодержащие продукты. И хотя платежеспособный спрос падает, всерьез это повлияло, как мне кажется, лишь на сыр и масло.
 
Одной из основных задач является стимулирование спроса на молочные продукты. Наш департамент ставит перед собой такие задачи. Пока не в виде каких-то финансовых решений, а организационно-нормативных мероприятий. И снятие барьеров, и изменение закупочного законодательства, и наведение порядка в социальном питании - все это должно позволить повысить уровень спроса.
 
Один из первых шагов - оптимизировать закупки региональных бюджетов и системы социального питания. Мы сейчас пытаемся изменить систему принятия решений в вопросе закупки продуктов питания, ведь сейчас главным критерием является цена. Нам нужно перевернуть эту пирамиду, чтобы главным стало качество и безопасность. Даже такой шажок повлияет на ситуацию в закупках.
 
MN: Роспотребнадзор предлагает бороться с проблемой через введение уголовного наказания до 2 лет исправительных работ. Это адекватный срок?
 
С точки зрения возможных последствий для жизни и здоровья ребенка возможно и адекватно. Когда мы говорим о питании в детских садах и школах, нужно быть жестким. И хотя кажется, что это не напрямую стимулирует спрос, рынок очищается, а затем и повышается спрос на качественную продукцию, который стимулирует спрос на сырье.
 
MN: Как вы считаете, повлияли ли на спрос в этом году громкие высказывания о фальсификате на рынке, псевдоразоблачительные передачи на ТВ и не всегда корректные проверки общественных организаций?
 
Конечно, повлияли, но регулировать что-либо здесь сложно. Каждый хочет донести свою позицию и считает ее правильной. Об этом нужно говорить с теми, кто формирует такую повестку дня, и мы эту работу проведем - именно в части подачи информации, несоответствующей действительности. Будем проводить встречи вместе с союзами и с редакторами таких передач, чтобы объяснить свою позицию, предупредить о том вреде, который они наносят.
 
При этом, безусловно, нужно доносить информацию и о нарушениях со стороны производителя, она должна быть доступной и правильной, подкрепленной фактами.
 
MN: Звучат также различные предложения ограничить цены на молоко, установить предельный порог. Ждать ли производителю чего-то в этом направлении?
 
Ограничение торговой наценки на сельскохозяйственную продукцию в настоящее время законодательно не предусмотрено. В случае, если в течение 30 календарных дней подряд отмечается рост розничных цен на продовольственные товары не менее чем на 30 процентов, возможно установление предельных розничных цен на продовольственные товары. Это норма, которая предусмотрена в Правилах установления предельно допустимых розничных цен на отдельные виды социально значимых продовольственных товаров первой необходимости.

В этом году в цене выросли 2 позиции - сливочное масло и гречка. При этом нельзя говорить, что резко упали объемы производства масла. Были проблемы, но я уверен, что сейчас объемы увеличатся. Это влияние фактора сезонности, как с овощами.
 
MN: Какие факторы роста цены на масло, молоко вы выделяете?
 
Мы провели анализ совместно с союзами и регионами и выяснили, что одной из причин повышения цен на сырое молоко является отложенный эффект увеличения затрат сельхозтоваропроизводителей на производство молока в 2014-2015 годах из-за девальвации национальной валюты, которое не подкреплялось соответствующим повышением доходов производителей от реализации молока. Колебание курса валюты повлекло значительное увеличение затрат на содержание, ремонт и обслуживание оборудования, импорт племенного материала, формирование кормовой базы, в результате чего многие предприятия оказались на грани рентабельности или стали убыточными.

Плюс ко всему, существенное колебание объемов предложения сырого молока в зависимости от сезона (среднесуточный надой молока в среднем по Российской Федерации колеблется от 38 тыс. тонн в сутки в декабре-январе до 48 тыс. тонн в июне-июле), а также сокращение импорта в осенний период создало условия для дополнительного роста спроса на отечественное сырье.

Рост цен в текущем году произошел немного раньше, чем обычно в сезон “большого молока”. Причиной как раз стало ожидание на рынке интервенций.

 
MN: А регионы не говорили о том, что на цену влияет “молочная мафия”, как перекупщиков назвал глава ФАС?

Мы, конечно спросили представителей регионов об этом. На самом деле в регионах относятся к ним как к обычному звену в цепочке создания стоимости, которое реально занимается сбором молока с малых хозяйств. И эта система нужна, ведь кто-то должен работать с малыми формами. Мы тоже это видим, и поэтому направляем сейчас значительную часть поддержки на создание системы кооперации.
 
Возможно, не всегда эти перекупщики выставляют справедливые цены, но если ты считаешь, что она несправедлива, то организуйся, занимайся сам. В овощах скупщик ездит и собирает урожай, потом везет его на рынок или сдает оптом на базу. “Овощной мафией” это не называется.
 
MN: Некоторые фермеры говорят, что здесь есть некоторые юридические препоны - не всем нравится законодательство о кооперативах и те обязанности их членов, которые сегодня зафиксированы.
 
Надо разбираться. Если есть мнение большинства о том, что это неудобно, давайте проработаем и предложим соответствующие изменения.
 
MN: Производители часто говорят о том, что на цену влияют административные барьеры. Вы согласны?

У нас есть и логистические, и инфраструктурные барьеры, которые нас сдерживают. Кроме того, мы плотно взаимодействуем с отраслевыми союзами, которые не только обозначают существующие проблемы, связанные с административными барьерами, но и предлагают пути решения таких проблем. У нас есть поручение Правительства провести ревизию того, что союзы уже присылали в качестве предложений по снятию таких ограничений и выработать комплекс мер по снижению административных барьеров и развитию конкуренции на агропродовольственном рынке.
 
Обычно бизнес говорит, что та или иная мера, будь то введение “Платона” или повышение железнодорожного тарифа, приведет к росту цен. Как человек, работавший в бизнесе, я прекрасно понимаю этот аргумент.
 
Но логика решений здесь немного иная - нужно на государственном уровне сопоставить все эффекты: не просто сказать, что это плохо, и мы теряем часть прибыли, а говорить, что при таких масштабах может сократится оборот, и тогда государство потеряет темпы роста отдельных секторов промышленности и такие-то бюджетные доходы.
 
Надо еще раз все просчитать, оцифровать все негативные эффекты (а это очень сложно). Этим активно занимается АСИ (Агентство стратегических инициатив - ред.).

При разработке комплекса мер по снижению административных барьеров и развитию конкуренции на агропродовольственном рынке мы будем активно взаимодействовать с Минэкономразвития России и ФАС России. Но для начала нам нужно всем вместе подсчитать ущерб от этих ограничений, понять параметры и риски, взвесить все “за” и “против” и принять стратегические решения.
 
MN: И если “плюсов” будет меньше, то государство от таких инициатив откажется?
 
Со стороны руководства страны, по-моему, сигнал есть о готовности к переменам, направленных на снижение административных и прочих барьеров.
 
MN: Если говорить о “мафии”, но уже о мафии белорусской, как вы считаете, почему такая борьба, полемика развернулась вокруг поставок молочной продукции?
 
Я могу сказать одно: для согласования взаимных интересов в торговле аграрной продукцией между нашими странами в течение ряда лет успешно применяется механизм составления прогнозных балансов спроса и предложения по основным видам сельскохозяйственной продукции, в том числе по молоку и молочной продукции.

В рамках таких балансов ежегодно согласовываются объемы поставок молочной продукции по видам и в течение года с российской и с белорусской стороны проводится мониторинг выполнения договоренностей. Объемы поставок молочной продукции исходя из принятых продовольственных балансов в принципе выдерживается. Хотя по сухому обезжиренному молоку он превышает уровень утвержденных объемов.
 
MN: Будут сигналы от Минсельхоза белорусской стороне о том, что баланс по сухому обезжиренному молоку не соблюден?
 
Обе стороны мониторят ситуацию, проводятся взаимные консультации. Но, договоренности в рамках балансов это не жестко закрепленные квоты, у нас с Белоруссией создано Союзное государство, единое пространство. Важно, чтобы обе стороны понимали, что мы должны соблюдать баланс интересов обоих сторон. Мы готовы это обсуждать, мне кажется, и они готовы это обсуждать.
 
Белорусская продукция объективно дешевле, потому что себестоимость производства ниже. Государство в свое время существенно профинансировало модернизацию ферм. У нас массово этого не произошло, и частный бизнес пытается делать это самостоятельно, пользуясь поддержкой, но она гораздо меньше, чем та, которую оказывала Беларусь в свое время. Государство должно помогать - выделять средства, давать компенсацию капзатрат.
 
MN: В этом году при этом только 6 молочных проектов получили капексы.
 
Потому что ограничен бюджет.
 
MN: Есть тезис о том, что в молоке нужны стабильные правила игры на 15 лет. Это возможно?
 
Это правильно, и это было бы замечательно, но вряд ли объективно возможно. Нам бы хотя бы на 5 лет их установить.
 
MN: Как вы считаете, консолидация субсидий улучшит ситуацию в следующем году или ухудшит?
 
Я не занимался этим вопросом, так как это не входит в круг ответственности нашего департамента, но с точки зрения маневренности эта идея хороша. Не обязательно обеспечивать прозрачность формированием 50 КБК (кодов бюджетной классификации - ред.). Потом мы вынуждены бегать и корректировать бюджет, чтобы перекинуть средства со статьи на статью. Это безумие.
 
Для обеспечения прозрачности союзам вместе с министерством можно было бы создавать некие комитеты по развитию отраслей по тем правилам, по которым работают различные инвестфонды. Важно, чтобы позиция бизнеса была максимально объективна, а приоритеты согласованы. Это позволит нормально жить и в условиях консолидации. Главное, чтобы никто не отходил от принятых решений, а если и отходил, то объяснял почему. Мы за открытость принятия госрешений.
 
MN: Значит, если денег в следующем году будет меньше, то неденежных мер должно быть больше?
 
Безусловно, нужен какой-то баланс и индивидуальный подход к каждой отрасли. Каждая из них находится на своем уровне. Кто-то выходит на экспорт (мясо, зерно), и там есть свои меры регулирования и поддержки, ведь профицит - это тоже проблема. Кто-то должен решить проблему дефицита, как молочная отрасль, и здесь меры поддержки и система регулирования должны быть иные.
 
У нас в приоритете по задаче самообеченности сейчас - молоко, КРС, овощи и сады. Здесь нужна и поддержка, и регулирование. Нужно включать механизмы, в том числе интервенционные, которые позволят повысить темпы роста. Для этого у нас есть еще и техническое регулирование, ценовое, антимонопольное, тарифно-таможенное регулирование. Они все должны быть подчинены одной цели, и моя задача работать со всеми ведомствами и достичь синергетического эффекта.
 
MN: Про интервенции мы уже говорили, и сказали о том, что новость о них уже позволила нивелировать ценовые скачки на рынке этим летом. Может ли получиться так, что их снова отменят?
 
Никто не может гарантировать на 100%. Это невозможно. Можно будет гарантировать только тогда, когда все решения будут приняты. Сейчас понимание со всеми органами власти достигнуто, в Госдуме проводятся консультации. Откровенных противников интервенций нет.
 
MN: Последний вопрос: чего вы ожидаете от 2017 года?
 
В новом году мы переходим к единой субсидии, будет введен новый механизм господдержки. Работа с регионами будет большая. При этом год может быть прорывным в экспорте, так как ведется системная работа надзорных органов в этом направлении. У нас очень хорошие перспективы.

Может быть, инвестиционная активность будет выше. Нужно как минимум организационно помочь инвесторам, организовать нужные встречи, чтобы бизнес услышали.

Прогнозировать цены - работа сложная и неблагодарная. Думаю, что мы пройдем год достаточно ровно и без резких скачков. В молочной отрасли, конечно, хочется, чтобы цены на сырье не упали.
 

2229 просмотров
Комментарии
Магазин Аналитики
OptiDuo

Ведомости
woorld food 19.09
Аудитор 19 сентября

Подпишитесь на нашу рассылку

Тетрапак

ATL

Аналитический центр Milknews
Галди
Молочная Бизнес Академия
Галди
Молочная Бизнес Академия