Штефан Дюрр Молочный бизнес в России становится привлекательным


«Русский немец» Штефан Дюрр с начала 90-х не перестает верить в российское сельское хозяйство. Основанный им агрохолдинг «ЭкоНива» по сути отражает историю развития АПК на протяжении последних десятилетий. Не всегда «ЭкоНива» была прибыльной, зато сегодня — ​это крупнейший производитель молока не только в России, но и в Европе. В первом номере журнала «Аграрная политика» Штефан Дюрр поделился мнением о том, что помогло бы привлечь больше инвесторов в отрасль, и рассказал, как «ЭкоНива», возвращаясь к своим корням, будет развивать органическое направление.


 
— Штефан, вы начинали работу на российском рынке в сложные 90-е годы. Прошло уже больше 20 лет, насколько изменилась аграрная отрасль нашей страны за это время? Насколько вы на себе, на предприятиях, входящих в «ЭкоНива-АПКХодинг», ощущаете эти изменения?

— Конечно, политическая и экономическая ситуация сильно изменилась. С начала 2000-х годов отрасль сельского хозяйства стала развиваться после длительного периода застоя. Да и государство обратило внимание на АПК. В какой-то степени это помогло нашему бизнесу, как молочному, так и по продажам сельхозтехники. Могу сказать, что экономический кризис 2008 года сельское хозяйство пережило лучше других отраслей, и в сложный 2014-й пострадало меньше всех.
 
— То есть ваш рост — ​это отражение общей тенденции в отрасли?

— По сути, да. В 90-е годы мы не могли интенсивно развиваться потому, что общая ситуация была неблагоприятной. По мере ее улучшения начался рост «ЭкоНивы», ее становление как крупнейшего игрока на рынке.
 
— На Молочном форуме в Московской области вы сказали, что сейчас по-настоящему хорошее время для развития молочного бизнеса, но многие говорят, что рентабельность молочного животноводства по-прежнему останется низкой. А за счет чего сегодня можно работать рентабельно?

— Низкая рентабельность — ​это относительное понятие. Мы все понимаем, что молочное животноводство не получает и, к сожалению, наверное, никогда не будет получать такую маржу, как в птицеводстве или свиноводстве. Но при нынешней экономической ситуации и закупочной цене мы можем добиться такого уровня рентабельности, который позволит бизнесу работать и развиваться. И сегодняшняя поддержка со стороны правительства России дает нам такую возможность. Молочный бизнес в России становится привлекательным. Конечно, если бы государство нам совсем не помогало, мы бы работали и дальше, но развития бы не было. К примеру, сочетание льготного кредитования и компенсации части капитальных затрат («капексы») позволяет нам развиваться очень динамично.
 
— При этом, несмотря на поддержку, именно в молочном животноводстве много убыточных предприятий. Кто-то скажет, что «ЭкоНива» прибыльная, потому что большая — ​много земли, коров, техники. Но ведь начинали вы, собственно, как и все — ​с небольшого клочка пашни. За счет чего вы поддерживаете рентабельность?

— В рентабельности всегда есть две стороны — ​это цена продажи и себестоимость. Что касается закупочных цен на молоко, я считаю, что они на достаточном уровне. Конечно, всегда хочется больше, но это та цена, которую мы достигли за счет неплохой конъюнктуры рынка. Немаловажно, что качество нашего продукта всегда отличное, а объемы поставок — ​стабильно большие. Это дало возможность «ЭкоНиве» продавать сырье по более высоким закупочным ценам, чем в среднем на рынке. Мы заключаем годовые контракты. Переработчику это позволяет лучше планировать свое производство, а нам — ​гарантировать свою прибыль. Да, когда цены на рынке начинают расти вверх, мы недополучаем определенную сумму денег, но и в случае обвала цен не падаем ниже себестоимости. Нам не нужны сверхприбыли, главное — ​стабильность во всем.
 
— Из чего складывается себестоимость молока в «ЭкоНиве» и какие меры вы предпринимаете, чтобы снижать ее, не теряя при этом в качестве?

— Ни для кого не секрет что большая часть затрат в животноводстве приходится на корма. 60% молока мы производим за счет основных кормов собственного производства, остальные — ​стараемся производить тоже с низкой себестоимостью. Второе — ​это воспроизводство и выбраковка. Тяжело вести прибыльный бизнес при выбраковке 40%, у нас она составляет 22–24%. Если посмотреть на затраты в пересчете на литр молока, то корма составляют 9 рублей, воспроизводство и выбраковка — ​4 рубля. Все остальные факторы, такие как заработная плата, ветпрепараты — ​в рамках 2–3 рублей. А вот самые коварные затраты в себестоимости — ​это так называемые общие затраты. Тут можно потерять много денег, но экономить при этом нельзя. Приготовление блюд в столовой, развозка сотрудников и т. д. может сильно повлиять на себестоимость. Сегодня общие затраты у нас составляют 2 рубля, а раньше — ​6–7 рублей. Важно грамотно их оптимизировать, но так, чтобы сотрудники ни в коем случае не пострадали.
 
— Какие направления господдержки молочной отрасли и как можно было бы усовершенствовать, на ваш взгляд, чтобы привлечь больше инвесторов в нее и в конечном итоге выйти на самообеспеченность? Ведь сейчас нам не хватает порядка 7–8 млн тонн молока в год.

— Я думаю, что бесполезно заставлять хозяйства заниматься молоком, если они этого не хотят или не умеют. Надо позволить им заниматься другими подотраслями — ​производством зерна, выращиванием подсолнечника. Это пойдет на пользу тем, кто производит молоко профессионально. Уровень поддержки сейчас достаточный, самое важное в этом вопросе то, чтобы она была гарантированная. Те же капексы — ​они могут быть включены в программу субсидирования или нет. Государству надо привлекать больше инвесторов, а им в свою очередь нужны гарантии. Сейчас получается так, что сначала надо построить, а уже потом будет приниматься решение о господдержке. На мой взгляд, должно быть четко сказано, что при реализации инвестпроекта государство гарантирует возмещение определенной части затрат, и размер компенсации не должен варьироваться в зависимости от того, сколько денег на данный момент есть в бюджете. Пусть возмещаемый процент будет меньше, но будет стабильным. Обязательства должны действовать с двух сторон.
 
— В 90-е годы вы начинали с производства органической продукции, но тогда рынок был не готов к этому. Спустя многие годы вы вернулись к этому направлению, организовав в рамках вашего холдинга полностью органическое предприятие «Савинская Нива». В каком состоянии находится рынок органики в России? Сейчас «Савинская Нива» производит органическую говядину, есть ли у вас планы производства молочных продуктов под знаком organic?

— Я вижу хороший потенциал в органическом земледелии как для экспорта в ЕС, так и для развития внутреннего рынка. Российский потребитель любит экологически чистые натуральные продукты. Возможно, сегодня это бόльший аргумент в России, чем в той же Германии. Уверен, 50 человек из ста точно скажут, что для них это важно. Люди готовы по возможности платить за это. Да, к сожалению, сейчас покупательская способность в России упала, но я глубоко уверен, что она вновь вырастет, и тогда экологический рынок станет развиваться еще интенсивнее. Сейчас просто не хватает критической массы производителей, также у нас пока мало специализированных магазинов, полок в супермаркетах, ассортимент низкий. Эти проблемы актуальны и для Москвы (хотя сегодня это наиболее перспективный рынок для развития органики), не говоря уже про регионы. Замкнутый круг — ​если вы хотите продавать органическую продукцию, вы не знаете, куда ее поставлять. Еще один нюанс — ​цены на органику пока слишком высокие, ее может позволить себе лишь ограниченный круг потребителей. Но с ростом объемов, увеличением конкуренции цены непременно пойдут вниз. Что касается нашего производства, то мы однозначно будем развивать направление «эко», ведь это заложено в самом названии нашей компании. Эко — ​это не экономика, это экология. Мы будем выпускать органическую молочную продукцию, но о сроках пока не могу сказать. Надеюсь, через 3 года мы сможем пойти на конверсию, а через 5 лет — ​осуществлять поставки первой органической продукции.
 
— Вы, как и многие участники рынка органики, ждете выхода закона об органическом сельском хозяйстве?

— Рынку нужен закон, но я не уверен, сейчас или чуть позже. Но определенно необходим хороший товарный знак, который будет гарантировать то, что продукция экологическая, которому будет доверять потребитель. И я знаю, что подвижки к этому есть. Нас поддерживает министр Александр Ткачев, и Владимир Путин также высказывал свое мнение о важности развития органического рынка.
 
— Кто-то говорит, что органика — ​это философия, образ жизни. Что это значит лично для вас?

— Мы должны думать о нашей планете, будущем, развитии, экологии. Для нашего производства, безусловно, это важно. Но строить бизнес на одной только философии тяжело, в нем должен быть экономический смысл и устойчивость.
 
— Штефан, за последние несколько лет «ЭкоНива» построила и открыла несколько крупных молочных комплексов. Кроме того, вы уже стали крупнейшим производителем молока в России. Есть куда расти дальше?

— Мы развиваемся в основном в тех регионах, где уже работаем — ​Воронежская, Калужская, Новосибирская, Тюменская области. Скорее всего, добавим к ним новую территорию — ​Рязанскую область. Также мы планируем расширить на соседние области — ​Московскую и Смоленскую — ​наше предприятие «КалужскаяНива». Нам есть над чем работать. К примеру, новый вызов для нас — ​это переработка молока. Пока мы делаем в ней только первые шаги. Успехи, честно сказать, средние, пока на «тройку». Будем работать, чтобы и в этой сфере у нас было все отлично!

Источник: agrovesti.ru

Партнерский материал
 

 

3139 просмотров
Ищем партнера в тексте
Комментарии
ATL
DeL Мобильное приложение

Ведомости
Где маржа
SmartFarm 2018

Подпишитесь на нашу рассылку

Главная 2

ATL

Аналитический центр Milknews
Молочная Бизнес Академия
Молочная Бизнес Академия